Сегодня допрашиваются свидетели со стороны защиты и обвинения. Будут допрошены и родители Кирилла. От комментариев оба отказались. Но в разговоре с журналистом ОСЫ отец сказал:
«Мы сына не защищаем. Что натворил — пусть отвечает».
Вечером накануне трагедии отец, Чеплыгин-старший, виделся с Кириллом. Буквально за несколько часов до убийства. Утверждает, сын был спокоен и ничего не вызвало особой тревоги.
Из показаний матери К.Чеплыгина:
«Сын позвонил около восьми утра (в день трагедии), сказал, что меня любит, чтобы я позаботилась о Еве. И бросил трубку. Он так никогда мне не звонил. Я набрала Надежду (мать Кати), она мне сообщила, что Кирилл убил Катю. Но мы надеялись, что она выживет».
Вопрос Кирилла:
«Были ли ситуации, когда Екатерина без повода вспылила на меня?»
Ответ: «Да. Она была импульсивная.»
Вопрос Кирилла:
«Были ли случаи, когда Катя уходила и возвращалась под алкоголем? А я?»
Ответ: «Катя да, а ты нет».
Интересно, что сын почти не смотрит на мать, задавая вопросы. А если они встречались взглядами, он отводил глаза.
Судья: «В чём заключалось неподобающее поведение Кати в компаниях?»
Ответ матери подсудимого: «Когда Кирилл говорил, чтобы они шли домой, но Катя всегда сопротивлялась».
В суде выяснилось, что через несколько месяцев после трагедии родители подсудимого переписали всё имущество с Кирилла.
Представитель потерпевших: «Если подсудимого вы называете любящим отцом, какой долг по алиментам на сегодня и почему вы переписали с него всё имущество».
Ответ матери подсудимого:
«Долг по алиментам около 200 тыс., ведь в СИЗО у него нет дохода. А имущество переписали: гараж деда, чтобы он не остался без него. А доля в нашей квартире, у него с Катей есть общая в ипотеку».
Пятилетней дочке Кати и Кирилла дарили оружие, потому что девочка не любила кукол, ей нравилось оружие. Так в суде заявила свидетель со стороны подсудимого.
Мать Кирилла знала о самодельном ноже, «такой небольшой».